Неточные совпадения
Ваня
просунул мальчикову
голову в окно и хотел протолкнуть его; но мальчик (он очень испугался) ухватился ручонками и не пускал их.
Вдруг Дубровский вздрогнул: в укреплении сделалась тревога, и Степка
просунул к нему
голову в окошко.
Я с Фаддеевым укладывался у себя в каюте, чтоб ехать на берег; вдруг Крюднер
просунул ко мне
голову в дверь. «Испанцы едут», — сказал он.
Сегодня Иван Григорьев
просунул к нам
голову: «Не прикажете ли бросить этот камень?» Он держал какой-то красивый, пестрый камень в руке. «Как можно! это надо показать в Петербурге: это замечательный камень, из Бразилии…» — «Белья некуда девать, — говорил Иван Григорьев, — много места занимает. И что за камень? хоть бы для точила годился!»
Рядом с дверью в стене было маленькое окошко — только
голову просунуть; дядя уже вышиб стекло из него, и оно, утыканное осколками, чернело, точно выбитый глаз.
Коля опять
просунул в дверь
голову.
По временам он выбегал в сени, приотворял дверь в стряпущую и,
просунув плешивую
голову, шепотом обращался к стряпухе...
Когда я его достаточно ободряла и успокоивала, то старик наконец решался войти и тихо-тихо, осторожно-осторожно отворял двери,
просовывал сначала одну
голову, и если видел, что сын не сердится и кивнул ему
головой, то тихонько проходил в комнату, снимал свою шинельку, шляпу, которая вечно у него была измятая, дырявая, с оторванными полями, — все вешал на крюк, все делал тихо, неслышно; потом садился где-нибудь осторожно на стул и с сына глаз не спускал, все движения его ловил, желая угадать расположение духа своего Петеньки.
— Да чьи такие вы будете? Из каких местов-то? — пропищала часовенная монашка,
просовывая в тарантас кошелек с звонком и свою
голову.
— Вот еще, вот это не забудьте! — кричала девка,
просовывая мимо
голов руку с узелком.
А тут как нарочно снова
просунул к нему
голову Блюм.
Степан Трофимович часто просыпался, быстро поднимался с маленькой подушки, которую
просунула ему под
голову Софья Матвеевна, схватывал ее за руку и осведомлялся: «Вы здесь?» — точно опасался, чтоб она не ушла от него.
— Ну, как не знать! — отозвалась Мавра,
просунув к нам свою
голову, — все в три же первые дня рассказал. Не тебе бы хитрить!
Сахаров первым успел
просунуть свою коротко остриженную
голову и торопливо приложился к барской ручке, подавая пример стоявшим с хлебом-солью депутатам; мастеровым в дареных синих кафтанах и старым служащим еще крепостной выправки.
Самый интересный человек на пароходе — кочегар Яков Шумов, широкогрудый, квадратный мужик. Курносое лицо его плоско, точно лопата, медвежьи глазки спрятаны под густыми бровями, щеки — в мелких колечках волос, похожих на болотный мох, на
голове эти волосы свалялись плотной шапкой, он с трудом
просовывает в них кривые пальцы.
«Вот лечь бы и заснуть, — думал он, — и забыть о жене, о голодных детях, о больной Машутке».
Просунув руку под жилет, Мерцалов нащупал довольно толстую веревку, служившую ему поясом. Мысль о самоубийстве совершенно ясно встала в его
голове. Но он не ужаснулся этой мысли, ни на мгновение не содрогнулся перед мраком неизвестного.
Они пищали и
просовывали свои неуклюжие
головы между решетинами клетки.
— Так богоданных родителев принимают? — обиделся Мыльников,
просовывая свою
голову в дверь. — В гости пришел, зятек…
Катя замолчала. Ей хотелось продолжать разговор в прежнем созвучном тоне, но настроенность у обоих исчезла. Она огорченно опустила
голову. И оттого, что она не возражала, что на девической щеке чернели запекшиеся царапины от револьвера, Леониду сделалось стыдно, и опять она стала ему близка и мила. Он поднял брови, почесал в затылке, дружественно
просунул руку под ее локоть и смущенно сказал...
Любопытство разобрало Дуню. Она тихонько приподнялась с пня, раздвинула кусты и
просунула сквозь них
голову.
Воздержаться от этого клича было тем труднее, что у лакеев chambres garnies [меблированные комнаты.] есть привычка, и притом препоганая: поминутно
просовывает, каналья,
голову в дверь и спрашивает: что прикажете?
Он то скользил по обледенелому тротуару, то чуть не до колена вязнул в хребтах снега, навитых ветром около заборов и на перекрестках; порывистый ветер, с силой вырывавшийся из-за каждого угла, на каждом перекрестке, врезывался в скважины поношенного пальто, ледяной змеей вползал в рукава и чуть не сшибал с ног. Ханов
голой рукой попеременно пожимал уши, грел руки в холодных рукавах и сердился на крахмаленные рукава рубашки, мешавшие
просунуть как следует руку в рукав.
— И то; должно быть, ушел, — заговорил мельник,
просовывая вперед
голову.
Гришка не успел прийти в себя, как уже в дверях показалось несколько человек. Первое движение Захара было броситься к лучине и затушить огонь. Гришка рванулся к окну, вышиб раму и выскочил на площадку. Захар пустился вслед за ним, но едва
просунул он
голову, как почувствовал, что в ноги ему вцепилось несколько дюжих рук.
Темная
голова исчезает из оконного переплета, звучные шаги обходят дом, затихают у двери. Милый осторожно
просовывает руку сквозь дверную скважину. Слышно, как он ищет пальцами внутреннюю задвижку.
Тотчас же слышался другой звонок, я бежал к комнате, что рядом с кабинетом, и Зинаида Федоровна,
просунув в дверь
голову, спрашивала: «Кто это звонил?» А сама смотрела мне на руки — нет ли в них телеграммы.
Прогнав этого и взяв опять первого, который не уходил и толкался во все это время изгнания тут же, за ее креслами, поминутно
просовывая к ней свою
голову, — она впала, наконец, в решительное отчаяние.
Заложа руки в боковые карманы своих зеленых форменных брюк, бежал он с довольным видом, подпрыгивая то с одной, то с другой стороны экипажа; иногда же, схватившись за рамку окна и повиснув на ней,
просовывал в окно свою
голову и, в знак прощания, посылал господину Голядкину поцелуйчики; но и он стал уставать, все реже и реже появлялся и, наконец, исчез совершенно.
Живого волка в капкане берут двое и даже трое охотников: утомив предварительно и потом нагнав волка близко, один из охотников
просунет длинный рычаг под дугу капкана, прижмет к земле и таким образом совершенно остановит зверя; другой бросает ему на шею мертвую петлю и затягивает, а третий сзади хватает волка за уши; тогда первый охотник, бросив рычаг, связывает волку рот крепкой веревочкой или надевает намордник и завязывает позади
головы на шее.
— Ну, не ревите же, милые, — умоляет их Боб,
просовывая между ними свою черную
голову. — Не ревите, а то я сам зареву. Вы славные ребята и всячески заслуживаете моего сочувствия, — неожиданно добавляет он и так крепко жмет руки обеим барышням, что те вскрикивают от боли.
— Ура! Виват! — прокричали юноши, но так несдержанно громко, что классная дама тревожно
просунула в дверь свою черную, гладко причесанную на пробор
голову.
— Отец Андроник, благословите… — лепетал Асклипиодот,
просовывая свою яйцеобразную
голову между нами и складывая руки пригоршнями, точно он хотел умываться.
Боятся
головы просунуть за порог...
Сердитое восклицание относилось к писцу, который в эту минуту тихо приподнял портьеру и
просунул в кабинет свою лысую
голову с выразительно суровым лицом.
— Цезарь, назад!.. — крикнул Карл и, нарочно приблизив к решетке лицо, устремил на зверя пристальный взгляд. Но лев выдержал взгляд, не отступал и скалил зубы. Тогда Карл
просунул сквозь решетку хлыст и стал бить Цезаря по
голове и по лапам.
Цезарь спит и тихо, точно бредящая собака, взвизгивает во сне. Одна из его могучих желтых лап высунулась в ту щель внизу решетки, куда
просовывают пищу, и небрежно свесилась наружу.
Голову он спрятал в другую лапу, согнутую в колене, и сверху видна только густая темная грива. Рядом с ним свернулась в клубок, точно спящая кошечка, его львица. Цезарь спит беспокойно и иногда вздрагивает. Дыхание клубами горячего пара вылетает из его широких ноздрей.
Дьявол этот выполз вперед из ряда других, сел на корточки, склонил набок
голову и,
просунув между ног хвост с кисточкой, начал, помахивая им, певучим голосом говорить так...
Над лавкой, около которой лежал труп, на стене была перекладина, видимо оставшаяся от полки, на которой стояла серебряная посуда, украденная опричниками, сломавшими и самую полку. С быстротой молодой девушки вскочила старуха на лавку, привязала бывшую у ней в руках веревку с петлей,
просунула в последнюю
голову и, быстрым движением опрокинув лавку, повисла на веревке.
И, вторично
просунув уже обе руки в клетку, он быстро схватил попугая и, закрыв его с
головой носовым платком, со всех ног кинулся с ним на голубятню. Попка, испуганный насмерть таким неделикатным обращением, кричал ни к селу ни к городу во всю свою птичью глотку, высовывая
голову из-под носового платка...
Бежит и возвращается с двумя: огромной гипюровой пелериной с вавилонами, спускающимися ниже пояса, — ни дать ни взять гигантская морская звезда, в середину которой
просунули бы
голову, — с гипюровой звездой для меня, с самовязанной для Аси. Мне моя — до живота, Асина ей — до колен.